Роль учительницы в Монтессори центре

  • Печать

«Не тот Учитель, кто учит нас культуре,

а тот, кто сможет раскрыть для нас

нашу индивидуальную природу и

наши внутренние возможности».

Мария Монтессори

 

Педагогика Ма­рии Монтессори обращена к нашим совре­менникам: родителям, учителям, воспита­телям, дидактам и лишь в малой степени к историкам. Она наводит на серьезные раз­мышления о смысле работы учителя, педагога-исследователя, психолога, о созна­тельном материнстве и отцовстве.

«Мой метод, — пишет Мария Монтес­сори, — привел меня к открытию духов­ных особенностей детей, которые ранее не наблюдались. То, что было открыто прежде, лишь внешний облик ребенка. Способствовать понимать детей, рабо­тать для защиты их прав — это и есть моя цель... Ребенок — человеческое созда­ние, которое работает, страдает и яв­ляется лучшим из друзей, — все еще неиз­вестен нам. Это чистая страница в ис­тории человечества. Страница, которую хотелось бы заполнить».

В одной из российских школ Монтессори-учителей попросили определить различия между учителем или воспитате­лем традиционного детского сада-школы и Монтессори-педагогом. Первое, что от­метили учителя, было связано с исследо­вательским характером работы Монтессори-педагога. Величайшее счастье, кото­рое они испытали в новом качестве, было связано с возможностью наблюдения сво­бодной жизни ребенка, постижения ме­тодов экспериментальной педагогики и психологии, а также практической орга­низации условий свободной жизни детей. В их сознании произошел переворот: учи­тель, оказывается, не должен передавать знания, он может с радостью наблюдать распускающуюся жизнь и наслаждаться соприкосновением с душой ребенка. Монтессори-учитель верит, что дети любо­пытны и способны осваивать окружаю­щий мир и человеческую культуру через самостоятельную деятельность, что они стремятся к независимости и ответствен­ности. Для Монтессори-учителя характер­но отступить на задний план, пробуждать интерес, оказывать помощь и никогда не бить по рукам. Педагог откликается, прежде всего, на главную просьбу учени­ка — «Помоги мне это сделать самому».

Первые шаги педагогического вмешательства должны клониться к развитию в ребенке самостоятельности. Монтессори-учительница мало преподает и много наблюдает. Главная же ее задача — направлять психическую деятельность детей и их физиологическое развитие, должна развивать в детях уменье достигать своих индивидуальных целей и желаний.

Первый шаг, который должен сделать будущий Монтессори-учитель, – это подготовить себя, пройти внутреннюю, духовную подготовку — «развить определенные способности своего духа». Это самая сложная часть подготовки, без кото­рой все остальное бесполезно.

Отношение учителя к ребенку — это самое главное. Уви­деть ребенка таким, каков он на самом деле, нам, взрослым, мешает наше собственное несовершенство. «Между нами и чистыми духом детьми лежит пропасть наших собственных пороков». Искаженное видение взрослого слишком часто за­ставляет его искать недостатки в ребенке и пути их исправле­ния. В реальности существуют два порока, которые искажают образ ребенка в сознании взрослых. Это гордость и гнев. Поэ­тому смирение и терпение — их противоположности — это добродетели, в которых более всего нуждается наставница.

Первым шагом в духовной подготовке учи­тельницы будет отказ от тирании, которая незаметно делает ее черствой. Ей нужно начать со смирения — «как и священ­нику, который перед тем, как приблизиться к алтарю, должен сказать свое: „Исповедуюсь"». Из этого смирения возникает уважение к душе ребенка, этого маленького таинственного существа, «чья внешность так сильно противоречит необъят­ности его души». Она должна открыть в душе ребенка то драгоценное, чистое и нежное совершенство, которое превра­щает общение с ним в удовольствие. Поэтому вместо того, чтобы низвести ребенка до своего уровня, она должна поста­раться подняться на его уровень. Ибо в своей невинности и чистоте, целеустремленности, простоте, робкой готовности принять истину, не потускневшей вере в духовные ценности, отсутствии гордости, жадности и других страстей — дети выше, чем мы, — и река их души «все еще берет свое начало в водах духовного крещения».

Как только учительница научится смирению, она больше не будет считать своим долгом формировать развивающихся индивидуумов, вверенных ее попечению, путем принуждения. Скорее она должна расценивать себя «как тот, кто служит» — в духе евангельской заповеди «Кто хочет из вас быть господи­ном, пусть станет слугой каждого».

Монтессори сравнивает наставницу со скромным тружеником, работающим во имя создания храма свободы ребенка. Это скромное задание требует точного знания и тер­пеливого внимания. Ребенку не стать по-настоящему свобод­ным без помощи учителя. Если пол­ностью предоставить ребенка самому себе, то он не станет свободным, мы просто-напросто бросим его.

Учитель, начинающий ра­ботать в Монтессори-школе, должен верить, что ребенок откроет себя в работе. Он должен освободить себя от всех предвзятостей отно­сительно «уровней» и «типов», на которые распределяют детей. Различные типы детей (с большими или меньшими отклонениями от нормы) не должны его беспокоить. В сво­ем воображении учитель видит единствен­ный нормальный тип, живущий в духовном мире. Учитель должен верить, что ребенок проявит свою настоящую сущность, когда найдет интересующую его работу. За чем же он наблюдает? Когда тот или иной ребенок начнет сосредоточиваться. Для этого учи­тель должен приложить все свои усилия, и его деятельность будет познавательной и по­этапной, как это и бывает в собственно духовном восхождении.

Хорошая учи­тельница должна все подготовить и в то же время строго со­блюдать границы своего вмешательства, оставляя ребенку право выбирать себе занятие.

Одним из первых практических уроков будущей Монтессори-наставницы является необходимость в изменении старо­го шаблона, но не внезапно и не полностью. В идеале ребенок должен становиться все более активным, а она все более пас­сивной. Надо понимать, что у Монтессори-учительницы всег­да будет много работы по обучению и руководству детьми, и особенно в самом начале, когда дети еще очень малы и не знакомы с многочисленными дидактическими материалами, которые ожидают их в подготовленной окружающей среде. Между тем, с течением вре­мени ребенок станет более активным участником этого про­цесса, а учительница более пассивной. Поскольку цель настав­ницы — поощрять независимость детей, их свободный выбор и самостоятельную деятельность, то об успехе наставницы можно говорить лишь в том случае, когда произойдет такая смена ролей.

Доктор Монтессори часто цитировала изре­чение Иоанна Крестителя (сказано по отношению к Мессии): «Ему должно расти, а мне умаляться»[1]. Учительница радуется, когда видит, что ребенок продвигается вперед самостоятельно. Временами (хоть и недолго) она видит, что все ее маленькие воспитанники сосредоточены на своей работе и не нуждаются в ней. Это самое большое достижение Монтессори-учительницы. Она хорошо знает, что в этом случае дети быстрее и увереннее продвигаются вперед по тропе развития, чем в любое другое время.

«Учительница, — говорит Монтессори, — должна стать хранительницей подготовленной среды». Но прежде такая среда должна появиться, и это первая задача учительницы. Нет подготовленной среды — нет Монтессори-школы. Мас­терство, забота и преданность делу, с которыми наставница подготавливает среду, и являются необходимым условием сво­боды воли детей.

Монтессори сравнивает эту подготовку с дея­тельностью святого Иоанна Крестителя — Предтечи, — кото­рый шел впереди, «спрямляя пути и делая их гладкими».

В этой подготовленной среде она создает условия для схождения множества даров[2] для своих малышей. Подобно Отцу Небесному, она обеспечит ребенка материалом еще до того, как он ее об этом попросит. Как и Он, она должна знать, когда передать очередной материал-дар, а когда, наоборот, придержать его, пока развивающийся разум не поймет, как правильно им воспользоваться. Как и Он, она должна настаи­вать на правильном использовании ребенком своих даров-та­лантов, потому что все искусство праведной жизни состоит, можно сказать, в правильном использовании того, что Творец даровал нам. Величайшим из ее даров являются они сами — их истинное и нормализованное Я.

Когда окружающая среда создана, то наставница вы­полняет роль связующего звена между средой и детьми.

Монтессори всегда подчеркивала, что учительница должна стать активным связующим звеном. Для этого тре­буются соответствующие сформированные качества — зна­ния, терпение, наблюдательность, проницательность, такт, опыт, сочувствие, а прежде всего — милосердие. Мастерство Монтессори-наставницы проявляется в понимании основной функции подготовленной среды, а также характеристик и назначения каждого отдельного материала и осознании осо­бенностей возраста ребенка, для которого он предназначен. Искусство быть наставницей заключается в знании, когда и как дать определенный урок определенному ребенку или группе детей.

Если учительница не выполняет свои обязанности в отношении подготовленной среды, она ни­когда не добьется успеха как Монтессори-наставница. Ее первой заботой должно стать поддержание порядка. Все, вплоть до мельчайших деталей, должно быть красивым, сверкать, быть в превосходном состоянии и полностью укомплектованным.

Наставница должна помнить, что в определенном смысле она также является частью этой окружающей ребенка среды — к тому же самой действующей его частью. Это означает, что она всегда должна быть привлекательной и приятной детям, будучи опрятной, хорошо одетой, невозму­тимой, заботливой и полной спокойного достоинства. Это должно стать ее первейшей заботой. «Если окружающая среда запущена, мебель вся пыльная, материалы в беспорядке и прежде всего если наставница неопрятна и ее внешность и манеры не соответствуют занимаемому ею положению, если она невежлива и недружелюбна с детьми — то у нее нет фундамента для работы».

Любовь и уважение, которые наставница испытывает к детям, это не простая сентиментальность, ими должны быть насквозь пропитаны все ее действия, даже ее движения.

Наставница должна избегать слишком резких или угло­ватых движений. Обязательно во всем, что она делает, долж­ны чувствоваться ее интерес и энтузиазм, но выражать эти чувства она должна спокойно и деликатно. Неосознанно наставница может отвлечь или даже оттолкнуть ребенка, чаще это бывает в двух случаях: либо в результате своих грубых движений, либо затянувшегося безмолвия. «Бесшум­ным движением» я называю движение, в котором ничто не выделяется и не раздражает. Я не имею в виду просто движение, не производящее никакого шума. Наставница должна научиться передвигаться бесшумно, кроме того, ес­тественно, изящно, непринужденно и быть точной в дви­жении — так как лишние движения всегда являются по­казателем неестественности.

Настав­ница должна быть «животворящим присутствием, которое пробуждает спящую душу ребенка. Ее роль можно сравнить с солнцем, так как она дарит свет, при котором становятся видны различия, которых мы раньше не замечали. Она про­буждает интерес, который возникает из более глубокого по­нимания уже известных фактов». (Как и солнце, она должна предоставлять свободу жить своей собственной жизнью тем, кому она помогает.)

Итак, взрослый обязан наблюдать за ребенком не только для того, чтобы выбрать правильный с точки зрения психоло­гии момент и научить его чему-то в процессе продвижения вперед по тропе познания, но и для того, чтобы понять его неуверенные поиски, его сомнения, те неожиданные откры­тия, которые он делает, его радостное изумление, с тем чтобы «пустота, а именно то полное отсутствие опыта, с которого начинается разум ребенка, навсегда исчезла, не оставив после себя и следа... Чтобы ни на одной из дорог ребенок не заблу­дился, когда ему станет непонятно, в каком направлении он идет и что делать дальше».

Можно сказать, что искусство Монтессори-наставницы в том, что она точно знает, когда вмешаться, а когда нет. Общее правило таково — учительница не должна вмешиваться в самостоятельную творческую деятельность ребенка, пока ре­бенок следует правилам. Она должна уважать работу ребенка в самом широком смысле этого слова.

С другой стороны, ей следует без малейших колебаний вмешаться, если ребенок ничем не занят, а если он мешает своим товарищам, она просто обязана это сделать.

Учительнице следует исправлять ошибки, даже самые не­значительные, но ей надо быть очень осторожной в том, когда и каким образом она это делает. Как написано в Книге Премудростей, есть время говорить и есть время молчать. Монтессори подводит итог всему сказанному одним из своих успешных правил: «Обучай обучая, а не исправляя».

Имея дело с пока еще не нормализованными детьми — особенно в случае с малышами, которые проявляют свой пер­вый подлинный интерес к дидактическим материалам или уп­ражнениям практической жизни, — особенно важно соблю­дать принцип невмешательства, потому что этот новый инте­рес соответствует законам природы и открывает цикл деятельности. «Этот дебют так хрупок, так нежен, что доста­точно одной мелочи, чтобы он лопнул как мыльный пузырь, а с ним и вся его прелесть».

В этот момент учительница должна быть особенно внима­тельна: не вмешиваться — значит не вмешиваться никоим об­разом. Но именно здесь ошибаются многие преподаватели. Малыш, которому до сих пор не удавалось сосредоточиться— наконец-то концентрируется на работе.

И если наставница, проходя мимо, просто скажет: «Хоро­шо!» или: «Как ты хорошо это делаешь!» — то этой мелочи будет достаточно для того, чтобы его действия вновь стали беспорядочными и неразумными.

Помощь, в которой ребенок не нуждается, иногда один лишь взгляд, может положить конец его деятельности, потому что — хоть это и покажется странным — даже если ребенок понимает, что на него смотрят, он может прекратить свою работу.

Самый важный принцип, который является залогом успе­ха, таков: как только ребенок сосредоточился, мы должны вести себя так, словно он больше не существует.

Суть «новых отношений» заключается в чувстве взаимного уважения между учительницей и детьми. Как результат (и это естественно) — каждый из них считается с интересами друго­го. Поэтому прежде, чем что-либо объяснить, учительница должна заручиться согласием ребенка. Когда согласие получено, все, чему мы учим ребенка, па­дает на подготовленную почву. Если мы заручились чьим-либо согласием, считайте, оборона прорвана. Это особенно важно в случае с маленькими детьми, так как для них естественно защищаться от взрослых. Многие дети так чувствительны к попыткам установить с ними контакт, что они не терпят, даже когда до них дотрагиваются. Это отно­сится также и к духу, поэтому наш стиль ведения урока долж­на стать «приглашением для духа ребенка».

Нужно предупредить заранее, что его ожидает нечто важное, а учительница должна проследить, чтобы со стола было убрано все, кроме материала, с которым она будет знакомить ребенка. Она сама должна подготовиться к этому знакомству, это касается даже ее внешнего вида, по­тому что, если ее волосы растрепаны или что-либо не в по­рядке, это отвлечет внимание ребенка от обучающего мате­риала.

Мысли Монтессори-наставницы заняты, с одной стороны, подготовленной средой, а с другой — индивидуальными ин­тересами каждого ребенка.

Монтессори-учительница скорее напоминает ангела-хра­нителя, чем учительницу старого типа. Или, скажем, сочета­ние ангела-хранителя и информационного бюро! Ей выпала возможность благоговейно наблюдать самопроизвольное рас­крытие детской жизни, устранять препятствия, стоящие на ее пути, как внутренние, так и внешние, в то же время искусно и с пониманием направлять безудержную энергию их жизни в нужное русло.

Наивысшую радость учительнице приносит понимание того, что она постепенно становится личным другом и дове­ренным лицом всех этих маленьких, но в высшей степени разумных существ. Она является связующим звеном между детьми и подго­товленной окружающей средой. Как только эта связь появи­лась, она должна отступить в тень. Она не должна обижаться, когда дети выбирают себе занятия и концентрируются на них, а не на ней, даже если порой кажется, что они забывают о ее существовании. Она должна радоваться, когда они и дальше хотят работать самостоятельно, а не слушать восторженно одну из ее увлекательных историй.

В этом отношении она должна развить в себе терпеливую сдержанность, близкую той, с которой Творец относится к своим творениям. Как много людей — не говоря уже о жи­вотных — каждый день получают неисчислимые благодеяния, при этом даже на мгновение не обращая свои мысли к Нему, так щедро их одаривающему — не только их собственной жиз­нью и талантами, но также и «подготовленной окружающей средой» — той вселенной, в которой они живут.

Но приходит день — и для каждого ребенка он свой, — когда малыши поймут, кто тот, кто так заботливо подготовил все на их пути, был их проводником на самых интересных тропах познания, жил с ними и для них, полностью отдавал им себя, терпеливо служил им, не прося ничего взамен. «В этот день дети свободно (а свобода воли — это основной принцип всего метода) выберут не тот или иной обучающий материал, а саму наставницу, живой ключ к сокровищнице окружающей их среды». Это и есть наивысшая похвала для учительницы! Есть ли в мире что-либо более ценное, чем бла­годарная любовь ребенка?

Однако для некоторых есть награда еще выше, но она не принадлежит этому миру, скорее это «сокровища, собранные на Небесах». Ибо «то, что вы сделали одному из сих братьев моих меньших, то сделали и Мне»[3].

Это не назидание, а, скорее всего, напо­минание, а для Монтессори- учителей – призыв, вид обучающей программы:

«О, Господи, помоги нам вникнуть в сек­рет детства, чтобы мы могли знать ребен­ка, любить и служить ему в соответствии с законами Твоей справедливости и следовать Твоей воле!»



[1] Евангелие от Иоанна.

[2] Здесь речь идет о Дарах Небесных, то есть о талантах и способностях, которыми обладают дети и которые раскрываются в них в присутствии наставницы в результате правильной работы с обучающим материалом.

3Евангелие от Матфея.